Твоё восприятие работает как прибор, настроенный на определённую часть реальности❄️
В психологии есть точная метафора: аппарат видения показывает только то, на что он настроен. Остальное человек просто не замечает, потому что не смотрит в эту сторону.⚙️
Если человек годами приучен искать в себе ошибки, его внимание настраивается именно на них. Сильные стороны никуда не исчезают, они просто не попадают в фокус этого прибора.
Попробуй сегодня специально искать моменты, где у тебя получилось. Одна и та же реальность начнёт показывать другую сторону, если сознательно переставить фокус внимания.
Подписывайся, здесь я простым языком разбираю психологию, которая стоит за нашими обычными мыслями, чувствами и поступками
Психоло́гия (от др.-греч. ψυχή «душа» и λόγος «учение») — если совсем коротко и по русски, наука о душе.
Это база базовая, которую знают уже и психологи, и непсихологи
Но дальше начинается самое интересное.
У психологии вообще есть одна «маленькая» профессиональная проблема: то, что она изучает, довольно сложно положить перед собой на стол и объективно рассмотреть.
Психика это не субстанция, которая находится где-то внутри тела. И я сейчас не беру мозг и высшие психические функции, которые имеют свою мозговую организацию и которые мы хотя бы можем исследовать вполне материальными методами.
А вот где находится мысль, чувство, переживание, сознание ? И, собственно, та самая «душа», с которой всё началось?
В статье Зинченко и Мамардашвили о проблеме объективного метода в психологии есть очень интересная для меня мысль: пытаясь стать объективной наукой, психология столкнулась с парадоксом, ей нужно объективно изучать то, что по своей природе субъективно.
И здесь идея Зинченко о душе как о функциональном органе.
То есть искать её как отдельную «вещь» внутри человека примерно как искать, где конкретно в теле лежит любовь, занятие довольно неблагодарное
А она проявляется в том, как человек действует, чувствует, переживает, вступает в отношения с миром и другими людьми, создаёт смыслы.
И, пожалуй, именно поэтому психология для меня становится только интереснее.
Мы изучаем человека научными методами, но при этом постоянно имеем дело с тем, что невозможно до конца свести. И где-то на этой границе между объективным и субъективным и начинается самое интересное✨
Иногда мы бываем к себе гораздо строже, чем к другим. Замечаем, где могли сделать лучше, сравниваем себя с какой-то идеальной версией и довольно быстро обесцениваем то, что уже получилось.
Особенно интересно, что со стороны всё может выглядеть совсем иначе. То, что для вас давно стало привычным и кажется чем-то обычным, другой человек может воспринимать как большое достижение. Вполне возможно, пока вы думаете, что делаете недостаточно, кто-то смотрит на вас и думает: «Как вообще у неё это получается?»
Мы довольно быстро привыкаем к собственным успехам. То, что когда-то требовало много сил, со временем становится частью обычной жизни, и мозг перестаёт воспринимать это как что-то значимое. Зато ошибки и то, что пока не получилось, замечать почему-то гораздо легче.
Поэтому иногда полезно посмотреть на себя немного со стороны и вспомнить, сколько всего вы уже смогли, чему научились и через что прошли.
Возможно, вы заслуживаете от себя чуть больше признания и гораздо меньше критики.
Из всех фраз, которые я слышу в работе, эта, наверное, самая тяжёлая. Потому что она звучит как ощущение себя.
Человек не думает что я ошиблась. Он чувствует: я и есть ошибка.
Вина и стыд тут работают по-разному. Вина цепляется за поступок: с ней ещё можно что-то сделать, признать, извиниться, исправить. Стыду поступок не нужен. Ему достаточно того, что ты просто есть и что тебя видно.
Обычно это чувство приходит из детства, из ситуаций, где ребёнка отвергали целиком. Дело было не в конкретном поступке: закатывали глаза, сравнивали с другими, неделями не разговаривали, смотрели так, что хотелось стать невидимым. Ребёнку в такие моменты почти невозможно подумать, что дело во взрослом. Гораздо проще и привычнее решить, что дело в нём самом.
Потом это чувство остаётся надолго и просыпается уже во взрослой жизни из-за мелочей: неудачной шутки, чужого холодного взгляда, сообщения, на которое никто не ответил. И внутри снова знакомое: сжаться, спрятаться, не показываться лишний раз.
Я часто говорю на консультациях одну вещь, и она правда многое меняет. Дело не в том, что с тобой что-то не так. Дело в том, что когда-то, в прошлом, с тобой что-то произошло.
Звучит это совсем по-разному. Первое похоже на приговор, окончательный и не подлежащий обжалованию. Второе больше похоже на историю. А у истории есть начало, а значит, может быть и другое продолжение.
Но если серьёзно, за этой фразой есть важная мысль.
Обычно, когда нам страшно, хочется сделать так, чтобы страха не было: успокоиться, отвлечься, убедить себя, что всё хорошо, избежать того, что пугает.
И постепенно может получиться так, что уже не мы решаем, что делать, а страх решает за нас
Подружиться с ним, это скорее научиться замечать что сейчас действительно страшно. Понимать, о чём этот страх и от чего он пытается меня защитить. И при этом не обязательно отдавать ему право принимать решения.
Страх может и быть. Но выбирать, куда мы идём дальше, всё-таки будем мы.
Мне кажется, вокруг прощения вообще очень много давления. Особенно когда говорят, что простить нужно ради себя, потому что тогда станет легче
Но что делать, если легче не становится? Если человек не раскаялся, не извинился, а иногда вообще считает, что ничего страшного не произошло?
Наверное, поэтому меня и зацепила история Эдит Эгер. Она пережила Освенцим, потеряла там родителей и спустя годы много говорила о прощении и внутренней свободе.⛓️
Когда я впервые столкнулась с её взглядом, у меня самой возникло сопротивление. Потому что мне сложно представить, как можно простить человека, который не признаёт причинённой боли.
И я сама не могу сказать, что во всех своих историях пришла к прощению
Но постепенно для меня стал важнее другой вопрос: обязательно ли вообще прощать, чтобы прошлое перестало занимать столько места в настоящем?
И здесь отдельно хочется сказать про злость. Мы часто воспринимаем её как то, от чего нужно скорее избавиться. Хотя иногда человек годами оправдывал другого, сомневался в себе и искал причину произошедшего в собственных поступках.
Возможность наконец разозлиться может стать важной частью восстановления
А вот что делать с этой злостью дальше, почему иногда мы годами ждём признания своей боли и обязательно ли в итоге приходить к прощению, я решила отдельно разобрать в небольшом подкасте в Telegram.
Он уже в канале в Силе в паузе
Самое сложное часто начинается после того, как перестаёшь спасать
Ты уже понимаешь, что не обязан отвечать за мамину жизнь, настроение, отношения и решения. Но чувство вины может оставаться ещё долго.
Особенно когда мама продолжает ждать прежнего: чтобы ты пожалел, включился, решил, уступил, снова оказался рядом в привычной роли.
И если этого не происходит, напряжение между вами может стать сильнее
Потому что выйти из семейной роли внутри себя иногда легче, чем выдержать реакцию семьи на то, что ты больше её не выполняешь
Подробнее написала об этом в Telegram «Сила в паузе». Ссылка в шапке профиля ☝
Обучение методу и просто прослушать курс это две очень разные вещи, и я поняла разницу на своих деньгах
Первое мое повышение квалификации было набором записанных видео. Посмотрела, галочку поставила, а работать с клиентом по этому методу все равно не умею. Потому что метод не берется из просмотра. Он берется из практики под присмотром того, кто уже умеет.
Поэтому, когда выбираешь курс повышения квалификации, смотри на три вещи:
✨Практика. отрабатываешь ли ты метод на реальных людях, а не только слушаешь.
✨Супервизия. разбирает ли опытный специалист твою работу, показывает ли, где ты ошибаешься. Без этого ты закрепляешь собственные ошибки и даже не знаешь об этом.
✨Форма экзамена, если тебя выпускают по тесту, это тревожный знак. Хорошая проверка это записанная реальная сессия с клиентом, которую оценивают. Так было там, где я реально научилась.
Из того, что прошла или знаю как сильное: по КПТ вершина — Ассоциация когнитивно-поведенческой психотерапии. Я сама проходила обучение КПТ в Чистых когнициях, и там как раз всё по вот этим критериям есть)
ИПиКП сильный институт, там много различных сильных программ. (Я всё хочу туда пойти на EMDR)
В институте МИП повышение «ПППТ» дала мне ту глубину, которой нет в открытом доступе интернета.
По гештальту коллеги часто называют МИГиП, там путь длинный, ступенями, около пяти лет на все три уровня.
Это мой личный опыт и мнение, не реклама и не антиреклама. Но критерии: практика, супервизия, живой экзамен универсальны теперь для меня.
Сохрани чтобы не потерять.
Она может искренне считать себя сильной и самостоятельной. Привыкла справляться сама, решать проблемы без чужого участия, редко просить о помощи и почти ничего не ждать от других.
Часто такая самостоятельность формируется очень рано. Ребёнок постепенно понимает, что со своими переживаниями приходится оставаться одному. Когда страшно, никто не успокаивает. Когда больно, могут отмахнуться. Просьба о помощи встречается раздражением, холодом или игнорированием.
Постепенно внутри закрепляется правило: рассчитывать безопаснее только на себя.
Оно остаётся и во взрослой жизни. Можно быть общительной, активной, окружённой людьми, строить отношения и при этом никого по-настоящему близко к себе не подпускать.
Особенно трудно показать растерянность, признаться, что тяжело, попросить поддержки. Иногда раздражают даже люди, которые спокойно принимают заботу и позволяют себе нуждаться в других. Возможно, потому что самой когда-то пришлось отказаться от этой возможности.
За привычным «я сама» часто остаётся тот самый ребёнок. Одинокий, уязвимый, очень нуждающийся в том, чтобы его заметили, поддержали и не оставили одного со своими чувствами.
Там же может быть много злости. На родителей, которые не услышали. На тех, кто отвернулся в нужный момент. На людей, которым сейчас легко даётся то, чего самой когда-то так не хватало.
Юнг писал о важности осознавать те части собственной психики, которые мы привыкли не замечать или отвергать. Пока они остаются вне нашего внимания, они могут незаметно влиять на наши реакции и выборы.
Поэтому иногда стоит заметить своё привычное «я сама» и спросить себя, что мне действительно сейчас никто не нужен или мне до сих пор страшно в ком-то нуждаться?
Ведь можно справляться самой и принимать помощь, быть сильной и также нуждаться в поддержке, или заботиться о других и позволять заботиться о себе.
Больше о внутренней опоре, отношениях с собой и своих чувствах рассказываю в бесплатном тг-канале. Ссылка в шапке профиля.
Когда я выбирала первое образование, я вообще не понимала, на что смотреть. В итоге пять лет, диплом бакалавра и стойкое ощущение, что меня ничему толком не научили.
Поэтому коротко о том, на что смотреть на самом деле.
ℹ️Первое аккредитация и признание диплома. Звучит скучно, но именно от этого зависит, сможешь ли ты дальше идти на переподготовку и работать официально.
ℹ️Второе, и это важнее всего для психолога, практика. Не количество часов лекций, а есть ли реальная работа с людьми, стажировки, а для клинического направления практика в психиатрической больнице или диспансере. Без этого ты получаешь теорию, которую негде применить.
ℹ️Если цель стать сильным практикующим психологом, я бы расставил приоритеты так:
программа → преподаватели → практика → психологическая школа вуза → диплом/аккредитация → удобство обучения → цена
Из проверенного: базово сильны МГУ, ВШЭ, СПбГУ. Профильно по психологии МГППУ, он в топе именно по специальности. МИП тоже дает хорошую базу. Клиническую переподготовку я проходила в МПГУ э подошла программа и была практика в психиатрии, что для меня было решающим.
Это не значит, что всё остальное плохие. Посмотри топ вузов, в инете есть всё.
Сохрани, если выбираешь путь в психологию✨
А вы где учились или планируете?
Самое тяжёлое в одиночестве не отсутствие людей рядом.
Можно жить одному и вполне хорошо себя чувствовать. А можно сидеть за одним столом с близкими и ощущать себя совершенно чужим.
Особенно больно становится тогда, когда нам очень нужно подтверждение извне: что я нормальный, со мной всё в порядке, мои чувства имеют значение, мои решения правильные.
В таком состоянии любое непонимание легко принять на свой счёт. Человек не согласился, не поддержал, отреагировал не так, как хотелось, и мы уже начинаем сомневаться в себе.
Пытаемся объяснить себя ещё лучше. Подбираем слова. Оправдываем свои решения. Иногда вообще отказываемся от них, лишь бы сохранить отношения и не чувствовать себя отвергнутыми.
Но со временем опора на себя становится крепче. Нам всё ещё нужны близкие люди, их тепло, поддержка и участие. Просто их одобрение уже не определяет, насколько мы сами принимаем свои чувства и решения.
Можно быть близкими и смотреть на какие-то вещи совершенно по-разному. Можно столкнуться с непониманием и не тратить силы на бесконечные объяснения и попытки доказать свою правоту.
Потому что близость не требует полного совпадения во всём. И уж точно не требует отказываться от себя ради того, чтобы тебя приняли.
Вину и стыд часто путают, а устроены они по-разному.
Вина привязана к поступку. Я сделала что-то, что противоречит моим же ценностям: подвела, задела, не сдержала слово. Это в зоне моего контроля, поэтому у вины есть выход через действие: признать, извиниться, возместить. Здоровая вина вообще полезна, она помогает взять ответственность и что-то поменять.
Стыд устроен иначе. Он завязан на чужой взгляд: становится сильнее, если о случившемся узнали или могут узнать. И он всегда про дефицит: я недостаточно умная, красивая, сильная. Стыдно бывает даже за то, что мы не выбирали: внешность, семью, происхождение.
И главное. Вина говорит о моменте: тогда я поступила плохо. Стыд обесценивает целиком: я вообще такая. Поэтому вина толкает исправлять, а стыд прятаться, исчезать, не показываться.
Обе эмоции нужны. В меру. Переизбыток вины парализует, переизбыток стыда заставляет жить с оглядкой на воображаемых судей.
Злость одно из самых запрещённых чувств. Такое восприятие есть особенно для тех, кого в детстве за неё стыдили, наказывали или пугались: «не смей так разговаривать», «хорошие девочки не злятся», «на маму нельзя обижаться».
И тогда злость никуда не исчезает. Она просто уходит внутрь себя и копиться.
Дальше она превращается в вину: «я ужасная, раз так чувствую».
В самокритику: «надо быть терпимее».
Злость одно из самых запрещённых чувств. Такое восприятие есть особенно для тех, кого в детстве за неё стыдили, наказывали или пугались: «не смей так разговаривать», «хорошие девочки не злятся», «на маму нельзя обижаться».
И тогда злость никуда не исчезает. Она просто уходит внутрь себя и копиться.
Дальше она превращается в вину: «я ужасная, раз так чувствую».
В самокритику: «надо быть терпимее».
В усталость, зажатые плечи, сжатую челюсть.
И наконец в слёзы в самый неподходящий момент, потому что злость, которой нельзя наружу, часто выходит именно так.
Но у злости есть важная функция, о которой редко говорят: она показывает, где нарушены твои границы, где тебе больно, или где с тобой обращаются не так, как тебе подходит.
Чувствовать злость и крушить всё вокруг абсолютно разные вещи. Можно злиться и никого не ранить. Можно злиться и оставаться бережной. Но нельзя годами глотать злость и оставаться в контакте с собой.
Злость показывает, где тебе небезопасно и дает энергию для такого чтобы вернуть баланс.
Пауза здесь нужна не для того, чтобы подавить чувство, а чтобы услышать его: на что я сейчас злюсь на самом деле? О какой моей границе это говорит?
Почему некоторые идут в экск*рт? Одна из возможных причин, которые я услышала недавно на повышении квалификации, у меня просто взорвало мозг. Но действительно, оно, возможно, объясняет какую-то свою логику. есть, смотрите...
Эта мысль часто включается автоматически. Человеку рядом стало плохо и внутри уже всё сжалось и мысль появляется, что это из-за меня.
Даже если ты просто сказала «нет», или если ты просто выбрала себя. Даже если человек расстроился из-за чего-то своего, а ты просто оказалась рядом.
Так бывает у тех, кто привык отвечать не только за свои действия, но и за чужие эмоции. Где-то когда-то это было способом сохранить связь: если я буду внимательной ко всем настроениям, если я заранее всё предугадаю, значит меня не отвергнут, на меня не будут злиться.
Почему же все таки это система не работает? Мы не умеем управлять состоянием другого человека
Можно быть бережной, внимательной и тд. Но чужие чувства, это не моя зона ответственности! Взрослый человек рядом со мной имеет право расстроиться, и это не всегда значит, что я сделала что-то плохое.
Чувство вины часто всплывает когда ты поступила неправильно. НО если ты не хочешь жить в старой системе где всегда есть это чувство вины и стараешься быть удобной для всех, то придется с этим сталкиваться снова и снова пока старая привычка подстраиваться под всех перестанет быть ведомой.
И здесь важна пауза: я правда виновата или я просто привыкла быть виноватой?
Если эта мысль включается у тебя в моем тг канале есть тест «Какая пауза тебе сейчас нужна». Он помогает увидеть, куда тебя уносит автоматически. Переходи по ссылке через профиль