Почему на средневековых картинах такие уродливые младенцы

У младенца на руках Мадонны залысины и складка у рта — на вид ему сорок пять. Так писали два столетия подряд, по всей Европе, мастера, которые друг о друге не слышали. Гомункулус — младенец с пропорциями и лицом взрослого — был рабочей формулой: от алтарного образа требовали богословской правильности. Разбираем на «Мадонне с младенцем» Дуччо (ок. 1300) и «Мадонне во славе» Чимабуэ, как устроен этот приём, почему в XV веке в живопись возвращаются античные путти и что случилось, когда за портрет ребёнка впервые заплатила купеческая семья. В конце — развилка, которую по датам не развести: анатомия подтянулась под новый спрос или новый спрос стал возможен благодаря анатомии. Откройте любую «Мадонну с младенцем» до 1400 года и посмотрите на руки — не на лицо. ⏳ Таймкоды: 00:00 - Младенец, которому на вид сорок пять 01:17 - Гомункулус: анатомия, которой не бывает 03:47 - Алтарь как оборудование храма: кто платил и за что 07:29 - Образец, прорись и копия: почему совпала вся Европа 09:12 - Толстые дети приезжают с античных саркофагов 11:28 - Купец заказывает портрет сына 14:17 - Спрос или анатомия: что сдвинулось первым 15:53 - Финал #историяискусства #искусство #живопись #средневековье #дуччо #чимабуэ #ренессанс #готика #алтарныйобраз #путти #иконопись #coddex #коддекс