ЖЕНЩИНА-ПАЛАЧ 30 ЛЕТ ЖИЛА ЖЕНОЙ ФРОНТОВИКА — её искали с 1943 года

Сватне, Полтавская область, октябрь семьдесят третьего. Половина восьмого утра. Марфа Деревянко стояла пятой в очереди за молоком. Впереди — немолодая женщина в коричневом пальто, крупная, широкоплечая. Ничего примечательного. Потом она обернулась. Деревянко не смогла вдохнуть. Воздух застрял в лёгких. Она ухватилась за рукав стоявшего рядом мужчины — он что-то спросил, она не слышала. Прошло тридцать лет. Тридцать лет она убеждала себя, что такие вещи можно забыть. Но это лицо — широкое, с тяжёлыми скулами, взгляд ровный, без любопытства — она видела последним над рвом в деревне Гнилое Поле. Этот взгляд был последним, что видели восемьдесят шесть человек. Женщина купила молоко и пошла домой. Несла два бидона, слегка переваливаясь на левую ногу. Повернула за угол аптеки. Исчезла. Деревянко стояла у ларька, пока очередь не кончилась. Потом зашла в телефонную будку. Осенью сорок второго в деревне Гнилое Поле работал немецкий фильтрационный пункт. Переводчица с официальным именем «Ева Корн» вела там разговоры без офицера — сама, в отдельной комнате. После разговора одних отпускали, других отводили ко рву. Она знала, кого о чём спрашивать: называла улицы, огороды, имена соседей по конкретным домам. Местная. Или прожила здесь достаточно долго, чтобы запомнить. Среди восьмидесяти шести расстрелянных — сорок три человека из ближайших сёл, которых в любой деревне знали в лицо. В декабре сорок второго немцев погнали назад. Переводчица из бумаг исчезла. Следователь Мороз записал в феврале сорок третьего: «Имеются основания полагать, что указанное лицо продолжает проживать на освобождённой территории под чужим именем». В марте того же года Мороз погиб. Дело легло в архив. Тридцать лет прошло. Восемьсот семьдесят километров от места преступления. У молочного ларька. История является художественной реконструкцией, основанной на реальных методах работы органов государственной безопасности СССР в послевоенный период.